«Девочка скорее всего уже мертва». Что могло случиться с Мадлен Маккэн?

«Девочка скорее всего уже мертва». Что могло случиться с Мадлен Маккэн?

В родной деревне Мадлен Маккэн — четырехлетней британской девочки, пропавшей в мае в Португалии, — детей теперь водят за руку. И очень не любят журналистов. Корреспондент «Известий» Надежда Попова, побывавшая в Росли (графство Лестершир), испытала это на собственном опыте. Могли ли родители сами убить свою дочь? И смогут ли вообще когда-нибудь найти Мадлен, которую весь мир ищет уже пять месяцев?

На железнодорожной станции в Лестере, ближайшей к Росли, висит плакат — реклама отдыха в Португалии: «Продолжение следует… на песчаном пляже». Вполне вероятно, что, увидев именно этот неоновый щит, родители Мадлен и решили отдохнуть на юге Европы. Знали бы они, чем закончится тот злополучный отпуск…

В нескольких метрах от рекламы висит другой плакат: «Я — Мадлен Маккэн. Посмотрите в мои глаза. Я пропала на курорте Прая-де-ля-Круж 3 мая. Если вы где-либо видели меня, позвоните по номеру…»

В тот вечер пять месяцев назад Гарри и Кейт Маккэн оставили детей — голубоглазую Мадлен и двухлетних близнецов Шона и Амели — спать одних в съемной квартире на первом этаже. И отправились ужинать с друзьями. Дверь запереть почему-то забыли. А когда вернулись — Мадлен пропала.

Зачем душегубам шумиха?

Все это время родители малышки ездили по Европе и США — просили о помощи и обращались к вероятным похитителям. А потом португальская полиция стала подозревать их самих — «убили дочь по неосторожности и испугались уголовной ответственности». 9 сентября Маккэны вернулись в Лестершир. Там, замечу, все как один отстаивают невиновность супругов.

«Если бы родители убили Мадлен сами, они бы не поднимали такой шумихи», — убежден Уильям Смит. Суббота, вечер, мы сидим в пабе Royal Oak в центре Росли. Если возникает желание пообщаться, деревенские жители приходят сюда. Если же хотят посмотреть футбол — к их услугам паб через два квартала.

На моем собеседнике строгий костюм и белая рубашка. Смит — местная знаменитость. Он поет на свадьбах, днях рождения и дружеских вечеринках.

«Вот такие плакаты развешаны в пабах по всей Великобритании, — говорит Уильям, указывая на фото Мадлен, которое висит над барной стойкой. — По всему миру проходят демонстрации в поддержку Маккэнов. Они даже встретились с папой римским. Если Гарри и Кейт убили дочь сами, будет вселенский скандал. Но я никогда в это не поверю».

39-летних супругов Маккэн в Росли очень уважают. «Оба они врачи, всегда ходят в церковь, активно участвуют в жизни деревни, мы их все хорошо знаем, — уверяет Стюарт Грэм. Он сидит за соседним столиком. — Да и кто такое сотворит с собственным ребенком?!»

Однако жена Стюарта настроена не так дружелюбно. «Я бы своих детей так просто одних не оставила и не ушла бы веселиться, — говорит Карен. — А ваша мама разве о вас не беспокоится? Где вы сегодня будете ночевать? У чужих людей? Познакомились по интернету? Нет, лучше переночуйте у нас — чтобы не случилось того, что с Мадлен!»

Одинокий репортер и безмолвный полицейский

Супруги Грэм живут по соседству с Маккэнами. «Нам тут покоя не было от журналистов в последние месяцы, только сейчас все немного поутихло, — жалуется Стюарт. — Репортеры с фотоаппаратами и видеокамерами сидели вот тут, на площади, днем и ночью. А рядом всегда дежурила полиция. И к дому их не подпускала».

Полицейская машина и сейчас там. Оцепления не видно, но все знают: существует линия, за которую заходить нельзя.

Воскресенье — «церковный» день. В Росли, деревеньке с населением три с половиной тысячи человек, три церкви: две протестантские и одна католическая. В католическую ходят Маккэны. Они должны там появиться и сегодня.

А пока — в половине восьмого утра — улицы Росли пустынны. Не сплю только я и еще один журналист. Он — единственный, кто до сих пор дежурит у дома Маккэнов. Крис живет в машине — там он и ест, и спит. Отлучается лишь ненадолго. Его коллеги разъехались — «сенсаций с Мадлен» после пятимесячных поисков не предвидится. Но у Криса еще теплится надежда.

«Я не вмешиваюсь в их личную жизнь, — говорит журналист. Он отказался называть издание, на которое работает. — Просто если Маккэны выйдут из дома, я их сниму. Если пойдут в церковь, я последую за ними».

Тут появляется еще один «неспящий» — полицейский в ярко-зеленой куртке, охраняющий дом Мадлен. Чтобы размять ноги, он прогуливается по тротуару. Полицейский улыбается и на все вопросы кивает головой. Молча.

Почти все девочки похожи на Мэдди

В половине одиннадцатого начинается служба в протестантской церкви. Многие маленькие девочки как две капли воды похожи на Мадлен.

Священник, как ни странно, ни слова не говорит о Мэдди. Но зато вспоминает об Ираке и Афганистане, где гибнут британские парни.

Проходит полчаса — и детей ведут в церковную школу рисовать. Кое-кто из родителей остается на службе, но многие, виновато улыбаясь, следуют за своими отпрысками. После того, что случилось с Мадлен, детей боятся оставлять без присмотра. Хотя Англия — не Португалия, педофилов в Росли сроду не было. Но родительский страх законам логики не подвластен. С соседями случилось — может случиться и с нами.

Служба в католической церкви Святого Сердца Иисуса начинается позднее, чем у протестантов. Так что успеваю и туда. Не повезло: в этот раз родители Мэдди на службу не пришли.

Я пытаюсь заговорить о Маккэнах с людьми, выходящими из церкви. «Это не ко мне», «Извините, я не хочу отвечать» — так говорят все, кому задаю вопросы. Одна из прихожанок, чисто английская старушка, демонстративно пристально смотрит на меня. Я в этот момент снимаю вход в церковь — там развешаны фотографии Мадлен. Она подходит ближе и толкает меня со словами: «Как вы смеете?!». А потом начинает бить своей сумочкой.

Восемь лет они мечтали о дочке

Признаюсь: я слукавила. Общаясь с деревенскими жителями в пабах и церкви, я представлялась студенткой МГУ. Что, кстати, правда. Узнав, что я к тому же еще и журналистка, Грэмы меня даже на порог не пустили бы. А русскую студентку они принимали как родную. Кормили, показывали достопримечательности и дали гостинцев в дорогу. О Мадлен их даже не пришлось расспрашивать: для жителей Росли это естественно — вспомнить за обедом о том, какой милой была малышка Мэдди.

«Кейт восемь лет не могла забеременеть, — поделилась интимными подробностями жизни соседка Кэрол. — Они с Гарри решили сделать искусственное оплодотворение. А это, знаете ли, и дорого, и очень больно. И вот этот долгожданный ребенок пропал… Несчастные люди!» Близнецов Кейт зачала тем же способом.

Сейчас Грэмы с Маккэнами почти не общаются — Гарри и Кейт вообще стали нелюдимыми. «Но мы их понимаем», — кивает Стюарт. У них с Кэрол — 11-летняя дочь Наоми. «Мы ее теперь далеко не отпускаем, — вздыхает Кэрол. — А то мало ли что?»

Что могло случиться с Мадлен?

Версия N 1: девочку похитил маньяк-педофил

Хотя просмотр нескольких тысяч детских порносайтов не дал результатов, португальские и британские следователи продолжают рассматривать эту версию. 14 мая был проведен обыск в доме Роберта Мурата — британца, постоянно живущего в Португалии. Его вилла находится недалеко от квартиры, которую снимали Маккэны. И прохожие видели похожего на него человека у дома Маккэнов ночью 3 мая. Однако ничего подозрительного при обыске обнаружено не было. Британский архитектор, строивший виллу Мурата, тщетно пытался связаться со следователями. Он утверждал, что сделал в доме подвал, вход в который был тщательно замаскирован.

Позднее был допрошен Сергей Малинка — программист из России, семь лет назад переехавший в Португалию. Вот что заявил сам Малинка, после того как его отпустила полиция: «Я не имею никакого отношения к насилию над детьми».

Малинка делал для Мурата персональный веб-сайт. Он заявил, что в течение года не общался с ним. Однако распечатка звонков с мобильника показала: в последний раз он разговаривал с британцем в ночь исчезновения Мадлен. Тем не менее полиция отпустила обоих «за недостаточностью доказательств».

Согласно информации, собранной следователями, вероятный похититель Мэдди — это мужчина среднего телосложения. Рост примерно 170 сантиметров. Возраст — от 35 до 40 лет. За полчаса до того, как Кейт обнаружила пропажу Мадлен, его видели недалеко от дома Маккэнов. По словам очевидцев, в руках у этого человека был то ли ребенок, то ли большой мешок. В 23.30 похожего человека с большим свертком видели на пристани. Он сбросил ношу в Атлантику. Замечу: визуально под это описание маньяка подходит и отец Мадлен.

Версия N 2: все-таки родители

После четырехмесячных безуспешных поисков — в начале сентября — португальская полиция заявила, что в число подозреваемых входят родители ребенка. Собаки-ищейки «вынюхали» трупный запах в квартире, которую снимали Маккэны. В машине, взятой супругами напрокат в Португалии через 25 дней после исчезновения дочери, детективы нашли образцы ДНК, несхожие с биологическими данными Кейт и Гарри. Последние новости: кровавый след в квартире, которую снимали Маккэны. Однако точных данных о том, что это кровь Мадлен, пока нет.

Причины могли быть разными. Например, Маккэны оказались неважными педагогами, несдержанными, а спровоцировать приступ гнева могло то, что, к примеру, дочка не засыпала, а родителям хотелось побыстрее уйти в ресторан. Кейт рассказывала в одном из интервью, каким беспокойным ребенком была ее дочь и как им с Гарри приходилось трудно. Другой сценарий — Маккэны дали Мадлен небольшую дозу успокоительного, которая оказалась для нее смертельной. А затем, испугавшись уголовной ответственности, закопали или утопили тело и объявили дочь пропавшей. Но ведь супруги — врачи, Кейт — анастезиолог, а Гарри — хирург!

Все доказательства, которые были добыты до сих пор, полиция называет «неубедительными». Единственное, на чем сходятся британские и португальские детективы, — Мадлен Маккэн скорее всего уже мертва. Сейчас полиция ведет поиск тела в озере, расположенном в 24 километрах от того дома, из которого исчезла Мэдди.